Метаморфозы четырёх столетий (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру

Метаморфозы четырёх столетий (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру В XVI-XVII веках соотношение пришельцев и аборигенов было 1 к 100. Но этот 1 владел огнестрельным оружием и был пассионарной личностью, то есть обладал избыточной энергией и стремлением к действиям, что проступает из всех его поступков. Кто бы при таком малом количестве строил дощаники и волок их от реки до реки, шёл по тайге, степям и горам?

Как местность съела человека (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру

Как местность съела человека (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру В начале 1600 годов в Байкальский регион пришли люди, которых именуют русскими, хотя эти группы состояли из представителей самых разных, в основном, европеоидных рас и национальностей, получивших пассионарность от смешения с народами, населявшими Золотую Орду – тюрков, финно-угров, славян и, в очень незначительной степени, монголов. То есть после Монгольской империи это были уже другие люди. Начиная с 1620-х годов, в Байкальском регионе начался новый период истории, который навсегда изменил облик и менталитет его жителей. https://proza.ru/2026/03/01/301

Протопоп Аввакум в Забайкалье (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру

Протопоп Аввакум в Забайкалье (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру Далее он описывает свою ссылку в Тобольск, оттуда в Братский острог, где он сидел с аманатами, то есть с нашими предками. «В шестую неделю после побоев перевёл он меня в тёплую избу, и я тут с аманатами и с собаками зимовал, скован. А жена с детьми вёрст за двадцать была сослана от меня». И дальше, уже Хилок, Иргень, Нерча…

Старинная бляха и первая школа Забайкалья (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру

Старинная бляха и первая школа Забайкалья (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру Почему я об этом пишу? Дело в том, что судьба загоняла меня в разные места Забайкальского края, которые оказывали самое благотворное влияние на моё образование творчество. В середине 1980-годов я жил в Нерчинском Заводе. Кстати, напротив горы Крестовка, где было добыто первое серебро России, а через улицу стоял госпиталь каторжников, где расположили гараж райпо. Находил на огороде старинные монеты XVIII-XIX веков, черепа, пули, ходил на кладбище, где, говорят, захоронения в три яруса, есть могилы горных инженеров, начальника Нерчинских горных заводов Егора Егоровича Барбота де Марни (1743-1796) и других видных людей России. Многие из них затеряны.

Китаец (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру

Китаец (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру - Китаец это зверь! Он всё кушает! Сказав это, Денис делает большие глаза и задорно смеётся. Он большеглазый и толстогубый, весёлый и толстый китаец. Неплохо говорит на русском языке. В первый раз вижу такого. - Почему ты Денис? - Меня как большого китайского начальника зовут – Ден Сяо. А русские милиционеры сказали – Денис. - Ты знаешь русских милиционеров?

ЖСЛ. Фрол Овсянников (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру

ЖСЛ. Фрол Овсянников (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру - Там жила половина нашей деревни. Тоже Дамасово называлось. Когда-то, видимо, заимки были, а в гражданскую полсела туда ушли. Потом границу закрыли. Тут наши бабы запоют, а там заголосят… Так и жили. В 1929 году красные перешли на ту сторону и убили всех жителей. Потом китайцы поставили памятник. Русским людям убитым русскими же. - Вы были там? https://proza.ru/2020/05/21/1008

Лояльность и патриотизм в современном мире (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру

Лояльность и патриотизм в современном мире (Виктор Балдоржиев) / Проза.ру В современных обстоятельствах, когда труд уже не определяет благосостояние человека, он не верит ни в одну установку, которая всегда может оказаться ложной или показной. Таковой стала и лояльность.